До срыва был один шаг

История Айжан, 26 лет.

Когда я была маленькой, у одного из моих родственников диагностировали туберкулез. Я помню, как мои родители и другие близкие его осуждали и перестали с ним общаться. Все говорили, что он — это проклятье нашей семьи, а болеть туберкулезом очень стыдно. Я очень хорошо это запомнила. Под влиянием взрослых я тоже его осуждала и не общалась с ним даже когда он вылечился. Не могу себя простить до сих пор.

5 лет назад моя семья оказалась в тяжелом положении. Срочно нужны были деньги. Я бросила учебу в университете и отправилась на заработки в Россию. Родители были против. Но узнав, что я устроилась продавцом, немного успокоились. Чтобы отправить домой деньги, нужно было экономить каждую копейку. Снимала угол в комнате. Нас в одной комнате было 5 девушек. Спали на полу, там же ели. Отдохнуть совсем не получалось, постоянно находилась в напряжении. Так продолжалось 2 года. Однажды я заболела. Лечилась сама, к врачам не обращалась. Становилось все хуже и хуже. Когда без медицинской помощи было не обойтись, я сдала анализы и мне поставили диагноз туберкулез. Принять это было очень тяжело. Перед глазами стоял мой родственник, от которого все отказались. Я была уверена, что меня ждет та же участь.

Вернувшись на Родину, я немного успокоилась. Домой, в село, решила не возвращаться. Училась я в Бишкеке, поэтому родителям сказала, что восстановилась на учебе. Благо ситуация в семье за время, что я работала, стала получше. Мне даже удалось немного денег накопить для себя, благодаря им я и выжила.

А потом потянулись долгие месяцы моего лечения. Было тяжело, очень. Сначала я 2 месяца находилась в стационаре, там нас правильно кормили, следили, чтобы мы пили лекарства, медики нас подбадривали. Одна медсестра постоянно мне желала поскорее выйти замуж и удивлялась, как в моем возрасте можно без мужа. Не знаю почему, но это больше всего запомнилось. Побочные действия таблеток в диспансере ощущались не так остро. Меня окружали люди, которые как никто понимали через что я мне нужно пройти. Мы подружились и подбадривали друг друга.

Через 2 месяца меня отправили лечиться амбулаторно. Я снимала квартиру у знакомых. О своем диагнозе им не сказала, иначе не сдали бы. Признаюсь, много раз меня посещали мысли бросить лечение. Мне было плохо. Я злилась. Туберкулез никак себя не проявлял и казалось, что я зря пью лекарства. Но анализы показывали, что болезнь не прошла. А я очень хотела выздороветь и потому упорно пила таблетки.

Поликлиника была в центре. Каждый день приходя за препаратами, я сжималась от ужаса, когда видела кого-то похожего на одного из родственников. Через пару месяцев мне стало невыносимо от одиночества, и я все рассказала родителям. Им было тяжело принять мою болезнь. Но потом они попросили меня побольше рассказать им о туберкулезе. Мама переехала ко мне. Стало намного легче.

Лечение заняло 9 месяцев. У меня была чувствительная форма. Медики сказали, что мне повезло, что мигранты чаще заболевают лекарственно устойчивыми формами и лечатся намного дольше.

Сейчас мне 26 лет. У меня есть работа. Каждые полгода я прохожу обследование в ЦСМ. А еще я очень собой горжусь собой! Ведь несмотря на все сложности я смогла победить туберкулез!

Данная публикация стала возможной благодаря помощи американского народа, оказанной через Агентство США по международному развитию (USAID). Красный Полумесяц Кыргызстана несет ответственность за содержание публикации, которое не обязательно отражает позицию USAID или Правительства США.